March 5th, 2018

pilotka

Воспоминания командира 1268 СП Леонида Ивановича Нестерова. Часть 2.

Воспоминания Леонида Ивановича Нестерова, подполковника, командира 1268 стрелкового полка 385-й стрелковой дивизии

Воспоминания записаны в тетрадь в 1978 г., а затем перепечатаны на пишущей машинке. На машинописном оригинале рукой автора сделаны отдельные исправления и вставки. Внук ветерана Ян Валерьянович Андреев, проживающий в Санкт-Петербурге, отсканировал машинописные листы и передал их Сообществу 385-й дивизии 26 октября 2017 г. Он разрешил распространять воспоминания деда любыми средствами и на безвозмездной основе. Оригинал содержит 65 страниц, из них не были отсканированы страницы 17-31, не относящиеся к боевому пути Л. И. Нестерова в 385-й стрелковой дивизии. Компьютерный набор бесплатно выполнила Валентина Васильевна Тяжелова в декабре 2017 г. Написание географических названий не выверялось.

Продолжение. Часть 2.

Для нас большой обузой был обоз, но и без него тоже было нельзя. Внезапные нарушения походного движения, перестроения боевых порядков, изменения направлений - все это вызвало нервозность командиров, да и солдат. Все ежеминутно чего-то ждали, были напряжены.

Несмотря на сложную, совершенно неясную обстановку, бойцы и командиры чувствовали себя бодро, мобилизовано. Политико-моральное состояние было нормальным, но обстановка оставалась сложной. Все попытки связаться со штабом корпуса, армии или соседними войсками были тщетными. Радисты беспрерывно прослушивали эфир, но никаких штабов Советской армии не слышали, за исключением отдельных коротких фраз неизвестных раций, видимо, также жаждущих связи с влиятельным в той обстановке штабом. Но эти отдельные отрывки русских фраз тут же забивались рациями противника. В эфире преобладала немецкая речь, в воздухе висела немецкая авиация. Соседями справа, слева, с тыла и фронта оказывались немцы. Они сопутствовали нам и днем и ночью, причем каждую ночь стоило нам только остановить движение, как неизвестными людьми с какой-либо стороны пускались сигнальные ракеты в сторону нашего расположения. Мы тут же высылали в сторону пуска ракет наших автоматчиков, но они никого не обнаруживали. Создавалось впечатление, будто ракетчики находились в составе нашего отряда.

24 (?) июня одна из наших раций поймала на русском языке информацию, будто наши войска остановили противника и перешли в контрнаступление, что в Варшаве возникла социалистическая революция и мы должны идти на помощь польским рабочим. Это известие быстро разнеслось по подразделениям. Кое-где на ходу прошли митинговые летучки, и наша дивизия, изменив свое направление на 180˚, двинулась «на Варшаву». Но стоило нам произвести перегруппировку и изменить направление движения, как мы тут же были подвергнуты минометному огню противника. Обнаружилось скопление противника на возвышенности. Наша артиллерия в считанные секунды открыла огонь прямой наводкой и навесным. Немцы стрельбу прекратили. Наше командование решило, что радио информация была провокационной, и приказало перестроить колонну, двигаться в прежнем направлении, выделив для прикрытия в сторону предполагаемого противника стрелковую роту с двумя 76 мм орудиями. Справедливую похвалу заслужили наши артиллеристы, которые не раз выручали дивизию.

Мы вышли на открытую местность, но она не везде хорошо просматривалась, к тому же начинало смеркаться и поэтому комдив решил колонну остановить, построить боевые порядки в виде круговой обороны и выслать разведку в сторону движения и в западном направлении, подтянуть и замаскировать в кустарниках обоз. В северо-западном направлении местность была выше и дальше пятисот метров не просматривалась. Темнело. Вдруг из-за возвышенности по дороге в восточном направлении показалась колонна автомашин с пушками на прицепах. Двигались они быстро. Не успела выйти на возвышенность с пяток машин, как вся наша оборона внезапно открыла огонь из всех видов оружия. Естественно, колонна противника тут же свернула с дороги влево и скатилась за ее обратный скат, после чего вся наша оборона в спешном порядке по подразделениям свернулась в колонну и устремилась в прежнем направлении и. что-то не слышал команд, все произошло стихийно. Это проявилась недисциплинированность, и повинны в этом были все командиры, в том числе и я. Конечно, это можно было объяснить тем, что у людей до предела были напряжены нервы, командиры не сумели быстро оценить обстановку и принять правильное решение. После этого у некоторых из нас осталось сомнение – был ли это противник? А вдруг это были свои? Позднее мы узнали, что в окружении были случаи стычек между своими.Collapse )