Журнал Ольги Буториной (olga_euro) wrote in 385_division,
Журнал Ольги Буториной
olga_euro
385_division

Categories:

Письма Ф.Т. Смирнова 15.09.42 - 23.12.42

Пятая часть фронтовых писем Ф.Т. Смирнова включает 19 писем, написанных в сентябре - декабре 1942 г.
Как всегда, письма публикуются с разрешения дочери - Ф.Ф. Осиповой.

15 сентября 1942 года (получено 7 ноября).
 
         Здравствуй, милая Лиза! Прошло уже много времени. Ждал с нетерпением от тебя письма. Не дождавшись, решил черкнуть тебе несколько строчек. Здоровье мое по-прежнему хорошее, живу по-старому, только глубже зарылся в землю. Такую себе смастерил землянку, это не землянка, а дом. Здесь уже чувствуется осень, начинают опадать с берез листья, очень холодные ночи с утренними заморозками. Приближается вторая зима, для немцев это четвертая и самая ужасная зима. Для нас, жителей севера, при тесной взаимопомощи с тылом, она не страшна. Зная ее капризы, можем бороться без потерь.
         Ты не представляешь, милочка, что такое русская зима, ты еще не видела во всей ее красе. Она хороша, когда человек хорошо одет и хорошо покушал, но для плохо одетых она является бичом смерти. Вот почему я говорю, что она для нас не страшна. Готовься, милочка, к зиме лучше: отремонтируй квартиру, заготовь топлива продуктов, и для тебя зима будет приятна. А главное сделай для детей теплый уют. Одень Фаечку потеплее, чтобы она не мерзла ходить в школу. Давай все возможности, чтобы ребенок развивался всесторонне - и физически, и умственно. Лиза, ты не подумай, что я тебя учу, потому что ты не знаешь, как нужно относиться с детьми. Нет, совсем нет. Мне просто хочется с тобой поболтать кое о чем, проявить кое-какую заботу. При всем моем желании я могу проявить эту заботу только советом через письмо. Когда я пишу тебе письмо, мне кажется, что я в свободное время, после занятий, сижу с тобой за столом и разговариваю, как и что лучше сделать. Вот и сейчас я забылся и начал с тобой толковать о зиме. Я представляю, что я в Мирза-Аках дома, около нас шумят дети, а мы сидим и толкуем о хозяйстве. Очень красивая картина семейной жизни одной из счастливых семей.
        Вчера расписался за свою зарплату, получил 40 рублей, а остальные деньги все перевел тебе в сумме 350 рублей.
Лиза, я ежемесячно тебе делаю переводы денежные, как получишь, обязательно мне сообщай, в каком месяце и сколько, чтобы мне знать, а вдруг затеряются и совсем пропадут. Пиши, милочка, как твое и детей здоровье. Как живет мама с Володей, как у них идут дела в колхозе. Вот на этот раз и все, что я мог на этом листочке тебе наболтать. Остаюсь жив и здоров, крепко целую тебя, Фаю и Гену. Твой муж Федя.
 
********
 
30 сентября 1942 года (получено 21 октября).
 
         Добрый день, Лиза! Хочу сделать тебе небольшое замечание, очень редко стала писать письма. Ты, наверное, все ждешь, когда получишь и отвечаешь только на мои письма. Если я совсем перестану писать, наверняка и ты перестанешь, а потом забудешь. Я считаю, что это неправда, по всей вероятности, у тебя не хватает времени. Сообщаю о себе. Живу все по-старому. Здоровье тоже с каждым днем все улучшается. Чувствую себя великолепно, можно опять идти в наступление. Погода пока стоит теплая, но с каждым днем утренние заморозки все больше и больше ощущаются. Но зимы мы не боимся, так как к ней мы приготовились хорошо, можем встречать без боязни.
         Еще хочу тебе сообщить одну приятную новость – можешь меня поздравить с правительственной наградой, 28 сентября получил медаль «За Отвагу». Вот пока и все мои успехи.
Жду от тебя письма по новому адресу: Действующая Красная Армия, полевая почта 1417, часть 280, мне. Целую детей и тебя. Федя.
 
********
 
6 октября 1942 года.
 
         Добрый день, Лиза! Три дня тому назад получил твое письмо, как и всегда был бесконечно рад. Хотел ответить сразу же при получении, но находясь в непосредственной близости от наших заклятых врагов, не всегда бывает возможность заняться своими личными делами не только днем, но и ночью. Сегодня у меня больше чем когда-либо день оказался свободным. Я даже сумел выстирать себе портянки и гимнастерку на речке.
         Судя по письму видно, что настроение у тебя не особенно хорошее, какое-то подавленное, обиженное, чувствуется какая-то усталость, напряженность твоих нервов. Наверное, кто-нибудь тебя обидел. Гадать не буду, но скажу, что ты его писала после какой-то неприятности.
         Сегодня написал письмо отцу, а я давно ему не писал, за что извинился и упомянул о тебе, что на твои письма не было ответа, убедительно просил ответить и держать связь. Расхвалил тебя, что таких женщин очень редко встретишь, как у меня Лиза. Это точно, я всегда и везде восхищаюсь тобой, как самым лучшим и дорогим для меня другом.
         Даже если ты встретишь человека лучше меня и пожелаешь с ним сойтись, все равно у меня останутся самые лучшие воспоминания о тебе, как о лучшем человеке из всех тех, кого я видел и встречал за свою жизнь. Ты не подумай, что я делаю какие-то намеки, нет. Это просто откровенность в минуту досуга. Ты как-то мне говорила, что хранишь мои письма. Если меня не будет, дашь прочитать это письмо детям и скажешь, как любил я тебя. Милая Лиза, еще хотел многое тебе написать, но становится темно, свету в нашей хате нет. Напишу в следующий раз. Не обижайся, что так мало пишу, такой уж я сухой человек. Кроме того сейчас время такое суровое, нам разговаривать приходится только снарядами да пулями, сентиментальностями заниматься некогда, Целую Фаю, Гену и мою милую жену Лизу. Пиши адрес так, как на конверте. Почему не пишет Фая мне писем? Целую Фаю, Гену и мою милую жену Лизу. Твой муж Федя.
 
********
 
19 октября 1942 года (получено 7 ноября).
 
Добрый день, Лиза! Несколько дней тому назад получил твое письмо и письмо Фаи, за что сердечно благодарю, но ответить сразу не было возможности. Вернее уже половину написал и где-то затерял. Сейчас немножко стало посвободней, и пишу очередное письмо.
         Из твоего письма я ничего не понял, только знаю одно, что ты обиделась, а на что, я сам не знаю, потому что не помню, что писал. И второе понял то, что трудно жить. А скажи, кому легко живется? Вся страна находится в напряженном состоянии, нужно использовать все возможности, использовать все внутренние ресурсы, а подчас придется кое в чем себе отказывать.
         Я живу по-старому, переехал на новое место, построил себе новую хорошую хату, сижу сейчас у печки и вспоминаю, как я раньше сидел и грелся дома. Начинаются дожди, настроение плохое. Вчера получил зарплату, сделал тебе перевод на сумму 450 рублей. Письмо Фаи мне очень понравилось. Пишет она очень хорошо. Учись, Фаечка, только на отлично и слушайся маму и выполняй все, что тебе говорит мама. Целую, папа Федя.
 
********
 
22 октября 1942 года (получено 14 ноября).
 
         Здравствуй, Лиза! Письмо твое вчера я получил. Очень рад, что дома все в порядке, все живы и здоровы. Я живу по-старому, здоровье мое хорошее, а настроение еще лучше. Усиленно готовимся к зиме.
         Деревни все немец сжег при отступлении, приходится жить в лесу, закапываться в землю. Да, оно понятно, сейчас вся страна готовится к встрече второй военной зимы, но каждый понимает эту встречу по-своему и каждый готовится по-своему, а в общем, все должны быть увлечены одной мыслью – дать армии все что нужно.
         Мы пока что ни в чем не нуждаемся. Сыты, одеты и вооружены, ежедневно уничтожаем фрицев, ряды снайперов растут с каждым днем. Или как их называют еще – охотники. Много писать не буду, нет времени. Кроме того обстановка не позволяет. Я думаю тебе и в этом клочке бумаги все понятно. Передавай привет всем родным, поцелуй за меня детей. Жду от тебя и Фаи писем. Целую. Федя.
 
*******
 
25 октября 1942 года (получено 15 ноября).
 
         Здравствуй, моя дорогая Лиза! Только что получил твое письмо, написанное 7 октября, сегодня 25.Х1942 года… Теперь слушай в части работы на питомнике. Я как бывший лесовод скажу, что работа эта очень интересная, но ее нужно любить и суметь заинтересовать себя в воспитании молодых деревьев. У нас, у военных людей, есть истина: для того чтобы убивать фашистов, надо их ненавидеть всеми фибрами своей души, а в хозяйственном деле, в частности, в лесном деле, наоборот, для того чтобы был успех и интерес в деле, надо полюбить это дело всей душой, что называется, отдать всю душу этому делу. Не знаю, сумеешь ли ты полюбить это дело так, как ты полюбила одно время кооперативное дело. Если ты сумеешь его полюбить, то сумеешь и работать, сумеешь быстро изучить это дело, оно не хитрое, быстро поддается изучению. КУННАЗАРОВ понял это дело, разбирается хорошо, но у него есть один недостаток – его неграмотность. Она не дает ему возможности правильно оформлять документы, но он хороший практик и может быть хорошим твоим помощником и в то же время учителем. Запомни только одно, что нужно вести строгий учет всему материалу и имуществу, уметь организовать рабочую силу и своевременно производить все работы, и все будет в порядке… Притом будешь гордиться: «Муж уехал в армию, а я заменила его».
         Война мне в пользу, так как чем больше воюю, тем лучше здоровье. А притом я воспитывался в такой среде, что для меня не страшны никакие трудности. Чем труднее положение, тем крепче становятся мои нервы и к концу войны они будут как проволока… Детей поцелуй, Фае скажи, чтобы училась на отлично, а Генку предупреди, чтобы он не мешал писать тебе письма, а то папка будет ругаться. Крепко целую. Федя.
 
********
 
26 октября 1942 года (получено 18 ноября).
 
         Добрый день, дорогая Лиза! Ты обижаешься, что я очень редко пишу, это верно, но ты больше имеешь возможности, чем я.
         Позавчера встречали наших земляков, представителей из Киргизии. Увидеть мне их не пришлось, оказывается, один был из Ошской области. Они привезли нам подарки. За 16 месяцев пришлось покушать киргизских яблочек, они здесь вкуснее и приятней, чем дома.
         От отца писем еще не получал. СТЕПАНОВ из госпиталя к нам больше не вернулся, по-видимому, ушел на другой фронт. Я живу по-прежнему. Здоровье мое великолепное, чувствую себя хорошо. Пиши, как ты встретила праздник, как отметила свой и Фаин день рождения. Привет всем трудящимся трудового фронта, проживающим в Мирза-Аках. Целую. Федя.
 
********
 
31 октября 1942 годя (получено 18 ноября).
 
         Здравствуй, моя дорогая! Сегодня получил твое письмо, как всегда насыщенное бодростью и уверенностью. Мне очень приятно, что ты никогда не унываешь, а смотришь на жизнь бодро. Это мне нравится. Твои мысли мне придают больше энергии. После каждого твоего письма я всегда весел и доволен остаюсь темя. То у меня есть лучший друг в жизни..
         Поздравляю тебя и Фаю с днем рождения. Советую отметить этот день так, как тебе хочется. Желаю тебе долгой счастливой жизни. Я очень рад, что у тебя растут замечательные дети, а оно и понятно. У хорошей матери и замечательные дети.
         Я уже, кажется, тебе писал, что послал отцу письмо, но ответа еще не получил. В этом письме дал твой адрес и просил написать тебе, попробую написать еще раз. Я живу по-старому, готовлюсь к встрече 25-ой годовщины Октября. Целую. Федя.
 
*********
 
6 ноября 1942 года (получено 27 ноября).
 
Здравствуй, милочка! 12 часов ночи, только что пришел с охоты, страшно устал. Очень клонит ко сну, но вспомнил о тебе и решил  черкнуть несколько строк, напомнить тебе о своем существовании.
         Днем ходили на торжественную встречу 25 Октября, затем смотрели кинокартину «Суворов», а ночью замечательная охота. Если в прошлый год мне не пришлось встретить праздник (был в пути по дороге на Запад), то нынешний год я встречаю его по всем правилам. Завтра обязательно сходим в магазин и выпьем, это точно.
         Получил новую зимнюю спецовку, даже лучше, чем прошлый год. Спасибо большое героям тыла, о нас беспокоятся хорошо, обижаться не на что, а приходится благодарить.
         Я чувствую себя великолепно. Здоровье замечательное, подчас бывает скучновато, нет тебя, скоро увидимся, не теряй надежды, упорно жди и дождешься. Получил письмо от отца, ему написал вторично. Он пишет, что ответил на твое письмо, ты должна его получить. Напиши мне, что он пишет. Вот и все, дорогая, что я тебе на этот раз хотел сообщить. Привет всем, всем. Целую. Федя.
 
********
 
15 ноября 1942 года (получено 2 декабря).
 
         Здравствуй, Лиза! Прошло уже много времени. Я никак не имел возможности написать тебе несколько строк. Из роты я ушел 7 дней тому назад, а поэтому не знаю, есть мне письма или нет, но я думаю, что наверняка есть, но придется прочитать по окончании сбора. Я сейчас нахожусь на учебе при своей части (сбор командиров рот). От тебя я уже давно ничего не получал, не знаю, как вы провели праздник – 25-ю годовщину Октября, как вы отметили с Фаей свой день рождения. Я со своими друзьями провел этот день очень хорошо, выпили немножко водки, устроили пляску под гармошку, играли в городки и другие массовые игры и в заключение сыграли в домино. В общем все остались очень довольными.
         Как видишь, несмотря на фрицевскую стрельбу. мы свой праздник отметили так, как нам хотелось. Одним словом, ничто не может помешать вспомнить о наших предках, боровшихся в октябре 1917 года. Это нам еще больше придало сил, а ненавидеть своих врагов мы ужу научились. А это есть один из залогов победы над врагом.
         Лиза, о получении 600 рублей и 350 рублей ты написала. Я еще посылал тебе после этого два раза по 450 рублей, не знаю, получила ты их или нет. На днях еще вышлю. Напиши обязательно, это мне нужно.
         Отцу еще написал одно письмо. Отец жалуется на свою старость, стал слаб, работать не может. Костя работает в МТС, Шурка сильно страдает болью в желудке, тоже находится дома. Выходит, что из семьи, в армии нахожусь один я. С Костей переписки не имею. Одна лишь ты меня не забываешь. А ты знаешь, находясь здесь на передовой, как приятно получить письмо из тыла, особенно от любимого человека. Я не знаю, как ты испытываешь это чувство, а я всегда с каким-то трепетом прочитываю по несколько раз твои письма. И как это не жаль, обстановка заставляет их уничтожать.
         До начала занятий осталось 15 минут, спешу на занятия, а поэтому кончаю писать. Следующий раз я еще что-нибудь тебе расскажу, а сейчас до следующего письменного свидания. О себе сообщить нового больше нечего, живу по-старому, здоров, самочувствие превосходное, сейчас пополняю свои знания на основе опыта для будущих боев. Поцелуй за меня Фаечку и Гену. Скажи им, что их папа очень часто вспоминает и беспокоится об их здоровье. Какие успехи у Фаи в школе? Каковы твои успехи? Привет всем друзьям и знакомым. Привет Шуре, как у нее растет сын Витя. Целую. Федя.
 
********
 
21 ноября 1942 года (получено 16 декабря).
 
         Здравствуй, Лиза! Сегодня мне страшно нездоровится, второй день сильно болит голова. Превозмогая боль, хочу написать тебе несколько строчек. Никак не могу вырваться к себе в роту, узнать новости последних дней и прочесть твои письма. Уже около месяца я не получаю от тебя писем, не имею никаких сведений, как ты живешь что нового в Мирза-Аках. Я пока живу неплохо, вот только что-то голова немножко стала побаливать, продолжаю свою учебу. Через три дня буду обратно в роте обучать своих воспитанников и боевых товарищей. Настроение у всех превосходное. Началась суровая зима. Уже третий день сыплет снег как из решета. Это вторая военная зима, она должна быть победоносной дл нас зимой.
         Писать я, милочка, кончаю. Страшно кружится голова, боюсь, как бы не написать какой несуразицы, за что потом будешь меня ругать. Пиши, как твое здоровье, здоровье детей. Привет всем. Целую. Федя.
 
********
24 ноября 1942 года (получено 15 декабря).
 
         Добрый день, Лиза! Вчера прибыл к своим друзьям в два часа ночи и получил твои три письма, датированные 21, 28 числом, но так как сильно был занят, сразу ответить не имел возможности, пишу на второй день. Лиза, ты напрасно обижаешься на меня в том, что я тебя обвиняю в молчании. Бывают такие моменты, когда страшно хочется узнать что-то новое, как можно скорее, а письма, как ты знаешь, идут 14-15 дней. У меня не хватает терпения, и в этих случаях я начинаю терять нервное равновесие и стараюсь кого-нибудь обвинить в этом, ну и начинаю делать на тебя нападки.
         Что для меня было интересно в твоем письме, это твой разговор с неизвестным для меня уполномоченным. Милочка, я же ни перед кем не отчитываюсь и никому не докладываю, что я делаю в настоящее время или я нахожусь в непосредственной близости с немцами или в глубоком тылу, это сейчас никому не интересно, а тем более уполномоченному, который может быть чуждый для нас и вообще. Лиза, мой совет, с такими людьми поменьше разговаривай. Попал бы он ко мне сюда, я бы нашел с ним тему разговора. Когда вернутся фронтовики, они перестанут руками махать и болтать, что не надо. Лиза, узнай, кто он такой и его фамилии. И сообщи об этом мне…
         В части аттестатов я написал письмо своему начфину, где просил его написать справку о том, что я действительно этих денег не получал. Справку он вышлет мне или же на твое имя, и вопрос этот утрясется обязательно, но, по-моему, тут просто выдумки комиссара не больше, не меньше.
         Ну а теперь о себе. Я живу по-старому, чувствую себя великолепно, ежедневно берем фрицев на прицел русской винтовки. Как ни занят работой, как ни тяжело иногда бывает, но о тебе и детях я вспоминаю очень часто. Я знаю, что за полтора года дети наши подросли и заботы твои тоже растут. Знаю, что подчас тебе очень тяжело, не легче, чем мне. Знаю, что у тебя масса вопросов возникла за это время и тебе хочется поговорить со мной наедине, поделиться мнениями. Вспомнить прошлое и построить план жизни будущего. Мне так хочется побывать у вас, хотя один день, посмотреть, как дети выросли, а мать этих детей немножко постарела и обратно поехать на фронт. Одним словом, желания у нас с тобой одни, и они сбудутся и обязательно сбудутся. Это должно быть так, как этого мы хотим оба, а после войны будем жить вместе по-прежнему. Не правда ли, Лизонька, ведь правду я говорю, и ты права, что скоро я буду дома. Но почему-то ты меня видишь только больного или калекой. Нет, этого я не хочу. Я хочу вернуться здоровым, сильным, и это так будет.
         Вот и все, что я тебе был обязан сообщить. Вот как я смотрю на жизнь. Поцелуй за меня отличницу по учебе, любимую дочь Фаю и Гену, а тебя я сам поцелую. Федя.
 
********
 
 
26 ноября 1942 года (получено 16 декабря).
         Добрый день, Лиза! Прежде всего посылаю тебе привет с Западного фронта и во-вторых сердечно благодарю за письмо, посланное 10-го, мною полученное 25 ноября. Мне сегодня прислали три письма: от отца, от Фаи и от тебя. Я был беспредельно рад и весел, т.к. письма для фронтовиков – это что воздух для человека, они воодушевляют его на новую борьбу, на новые подвиги, придают много мужества при борьбе с врагом, а особенно когда получает радостные вести от самых близких, дорогих людей, ради которых живешь и борешься.
         Вот что такое письмо для фронтовика, а фронтовик – это звучит гордо. Каждый имеет за своими плечами много лет совместной жизни и каждый старается держать непрерывную связь с теми, кто воодушевляет нас. Вот почему дороги письма для фронтовика из тыла. Вот почему мы так рады, когда читаем ваши письма.
         Отец пишет, что письма мои получает аккуратно все, жалобы на что-либо не сообщает. Я не знаю, получаешь или нет ты от него, он говорит, что тебе тоже писал Правда, я ему ничего не говорил в отношении посылки, но, видимо, старички решили чем-то меня порадовать. Я доложен тебе сказать, что у нас все бойцы получают из дома посылки от родных со всевозможными подарками, но я этого никому не говорил и не просил, в том числе и у тебя, потому что я всем обеспечен полностью, несмотря на то, что страна находится уже второй год в состоянии войны, при полном напряжении своих сил, но армия снабжается так, что фронт и тыл у нас составляют одно целое.
         Я могу тебе сообщить, чтобы не было голословным, как я одет. Имею: три пары нательного белья, одну из них теплую, защитного цвета суконные – гимнастерка и брюки, валенки, меховую телогрейку, теплый свитер, теплый подшлемник, теплую шапку, носки и шерстяные портянки, шинель и теплые варежки. Одним словом, я имею все, что необходимо зимой бойцу Красной Армии. На питание также обижаться не приходится. Это я говорю о себе, но я не являюсь каким-то исключением, так одевают всю Красную Армию. Вот почему я умышленно промолчал о посылках.
         В прошлом письме я тебе писал, что справку вышлют, так комиссару и скажи, пусть не беспокоится. А теперь я тебя хочу немножко поругать. Фая пишет, что ты ее обижаешь. Если это только так, ты очень плохо делаешь. Нужно быть строгим, но в то же время надо быть справедливым, а особенно по отношению к ребенку. Нужно учесть, что ей нужно усиленно заниматься, кроме того она участвует в массовой самодеятельности, а поэтому особенно загружать ее домашними работами не нужно, а давать побольше времени на подготовку к занятиям. Если когда у тебя бывает плохое настроение, старайся сдерживать себя и не показывай этого ребенку, ибо это быстро передается, и ребенок становится нервным, рассеянным  и старается подчас уйти из дома, уединиться. Особенно сейчас нужно к ней относиться осторожно. У ней сейчас переломный возраст, и при неправильном подходе можно все попортить. А я знаю, когда тебе бывает трудно, ты бываешь раздражительная и больше всего попадает тому, кто попадает под руку, и, конечно, больше достается ей. Учти это, Фаю нужно воспитывать так, чтобы она потом не обижалась, что она в детстве находилась в плохих условиях. Она очень гордая и способная, из нее выйдет большой замечательный человек.
         Я живу по-старому – хорошо, чувствую себя великолепно, если не считать тоску по дому. Скучать некогда, работы и заботы больше чем надо, спать приходится очень мало, 4-5 часов в сутки и то урывками. Привет всем друзьям и знакомым, родным, конечно, в первую очередь. Крепко целую. Федя
********
 
7 декабря 1942 года (получено 24 декабря).
 
         Здравствуй, Лиза! Уже несколько дней собирался тебе немного черкнуть, но никак обстановка не позволяет, нет совершенно свободного времени. Днем хожу заниматься со своими учениками, ночью работаю по своему хозяйству.
         Сегодня получил от отца посылку – два килограмма сухарей и тут же написал письмо, поблагодарил его за подарок. Теперь очередь за тобой, буду ждать от тебя, чем ты меня порадуешь, а лучше всего если ты пришлешь водки, меду и орехов. Я тебя расцелую несколько раз, безусловно тогда, когда приеду. Да, Лиза, как ни печально, а водку пить я научился, ничего не поделаешь, обстановка заставляет, приходится выпить, не хочешь, а пьешь. Прошлую зиму она меня спасла от навалившихся простудных заболеваний. Приеду домой, безусловно, брошу, так как она будет не нужна.
         Живу по-старому, здоровье замечательное, самочувствие тоже. Ни в чем я не нуждаюсь, вот разве орехов вышлешь для забавы моим ребятишкам, будет хорошо. Привет всем. Целую. Федя.
 
********
 
9 декабря 1942 года (получено 30 декабря).
 
         Здравствуй, Лиза! Прошло много дней, как я тебе написал последнее письмо. Правда, изменений и новостей у меня нет, кроме того, что число убитых немцев на счетах моих снайперов с каждым днем увеличивается.
         Сегодня говорил с начфином, он мне сказал, что справку о денежных аттестатах выслал. Это хорошо, но плохо с моей стороны то, что я не имею возможности второй месяц выслать тебе денег. Наличными не дают и переводы не делают до первого января, а зачисляют на сберкнижку. Так что порадовать я тебя не могу, а знаю прекрасно, что ты в деньгах нуждаешься. Видимо, придется немножко потерпеть. Если невмоготу, займи в долг, а в январе месяце я тебе эти деньги вышлю, и ты расплатишься.
         Почему-то ты стала редко писать о своих колхозных делах, хотя я точно знаю, где ты сейчас работаешь. Если ты так плохо станешь меня информировать, не исключена возможность, что ты можешь постепенно забывать, и это будет для меня большой неприятностью. Прошу, не обижайся, этой мысли я допустить не могу, тем более по отношению к тебе.
         Настроение почему-то у меня сегодня паршивое, чувствуется противоречие в мыслях, лучше закончу писать. И притом я сегодня чертовски устал. Время 12 часов ночи. Спокойной ночи, моя дорогая Лиза. Крепко целую Фаю, Гену и тебя. Привет родным и друзьям. Федя.
 
********
 
 
14 декабря 1942 года (получено 31 декабря).
 
         Здравствуй, Лиза! Привет от меня и моих боевых друзей, которых ты, конечно, не знаешь ни одного. Сейчас, находясь на передовой, мне приходится очень часто не спать ночи, а поэтому большинство, да пожалуй, все письма я пишу только ночью. Так что если когда придется днем вспомнить обо мне, то представь себе мысленно, что я сплю безмятежным спокойным сном на лавке в полном обмундировании с вещмешком в головах и так каждый день.
         Тебе покажется странным и притом тяжело. Это только на первый взгляд, всякое дело привычки, кто как привык, у всякого свой образ жизни. Кто привык спать на кровати, кто на полу, кто на лавке с мешком в головах. И каждый утром встает и скажет: «Я так сегодня крепко спал». А солдат, где он ни спал и в какой позе он не спал: сидя, стоя, лежа, согнувшись, а спать приходится всяко, он всегда крепко спит и обязательно вытянувшись.
         Вообще, слово хорошо, это понятие растяжимое. Я вчера помылся в бане и на вопрос, как помылся, отвечал, что очень хорошо. Когда я дома мылся в ванне, на твой вопрос – как помылся? Я всегда отвечал, что очень хорошо, а в условиях фронта, ты знаешь, что такое хорошо. Но поскольку нельзя сделать лучше, то, как бы оно ни плохо было сделано, приходится отвечать – хорошо.
         Я очень часто вспоминаю тебя, когда ты переживала когда-либо напряженный период, много приходилось работать, а мало отдыхать. Я удивлялся, когда ты могла выспаться, а сейчас мне иногда совсем не приходится спать или же на ходу, сидя, и я считаю, это нормально, вот что значит привычка.
         Если тебе рассказать о всех прелестях военной жизни, нужно очень долго рассказывать, не хватит времени и бумаги, а бумаги у нас очень мало, подчас не на чем писать. Хотел еще что-то рассказать, перебили, и я забыл. Ты, конечно, не поверишь, но иногда приходится писать письма часа три, а иногда только начнешь и тут же прекращаешь, аж на второй день допишешь. Да оно и понятно, фронтовая жизнь, а на фронте все может быть.
         Я живу по-старому, существенных изменений нет, здоровье замечательное, во только руки что-то стали побаливать, видимо, есть небольшой ревматизм. За последнее время стал очень часто скучать по дому, а особенно когда долго нет писем. Вот почему я иногда пишу тебе, что ты долго не пишешь. Мне кажется, что я давно не получал писем, а когда разберешься, то нет, письма идут нормально.
         Пиши, милочка, как ты живешь, что нового в твоей жизни. За последнее время мне ИВАЩЕНКО кое-что рассказывал о себе, о лесхозе, хотя сейчас мое внимание устремлено на запад… Привет всем родным и знакомым. Федя.
 
********
 
20 декабря 1942 года (получено 16 января 1943 года).
 
         Лиза! У меня уже начинает лопаться терпение от твоего молчания. Вот уже скоро месяц, а я не получал от тебя ни одного письма… Я убедительно прошу тебя только об одном, сообщай в месяц два раза о здоровье своем и детей. Больше мне ничего не надо…
         Сегодня получил письмо от Кости. Он пишет, что живет хорошо, работает в МТС, просил сообщить, в чем ты больше нуждаешься. Хочет помочь. Я ему ответил сегодня же, что мне ничего не нужно, а просил связаться с тобой и познакомиться поближе. Сообщил ему твой адрес. Я буду очень рад, если даже меня не будет, то ты поближе познакомимся с моими родителями и узнаешь, что они за люди, как живут. Я уверен, что они тебя не бросят, а будут помогать всеми силами, чем только могут. Они тебя будут уважать так, как уважают меня.
         Я живу все по-старому, но за последнее время стал очень нервный, раздражительный, чувствую, что здоровье мое стало немножко хуже. Стал чувствовать небольшую усталость. Крепко целую. Федя.
 
********
 
22 декабря 1942 года ( получено 11 января 1943 года).
 
         Здравствуй, Лиза! Позавчера я отправил тебе свое письмо, где тебя поругал за то, что я в течение месяца не получил ни одного письма. Нужно сказать, что поругал напрасно, погорячился. Все же, по-видимому, мои нервы развинтились, я стал очень раздражительным и нервным. Я никогда не думал, что письмо может идти так долго. Ты послала его 28 ноября, я получил его 22 декабря, почти месяц. Это меня сильно беспокоило.
         Бывают очень тяжелые моменты. Вот, например, сегодня. За двое суток я сумел уснуть всего 3 часа. Время уже 7 часов вечера, я только что встал. Состояние очень тяжелое. Не так много работы, как напряженное состояние нервов. Ежедневный свист и разрывы снарядов над головой, все это сильно действует на психику человека. Вот почему иногда приходится нервничать и не спать по двое суток, а иногда уснешь сидя.
Письму твоему я был беспредельно рад. Я очень рад, что все у тебя в порядке, а главное, мне нравится твой боевой дух, сила уверенности в жизни, так должно быть… Я пока живу по-старому, веду активную оборону – выполняю приказ тов.Сталина. Пока немножко нездоровится, но это временно, со временем пройдет. Сейчас болеть некогда, нужно воевать, покончить с врагом все счета и вернуться домой к своей дорогой и любимой – тебе, и снова строить семейную жизнь. С таким человеком, как ты, жить очень легко и приятно. Передай привет Марии Николаевне, Володе. Крепко целую. Федя.
 
********
 
23 декабря 1942 года (получено 19 января 1943 года).
 
         Добрый день, Лиза! Сегодня получил твое письмо от 4 декабря 1942 года. Не откладывая в долгий ящик, отвечаю сразу, пока есть возможность. Пусть Фая не плачет о потерянной открытке, я ей сегодня напишу новую… Лиза, пожалуйста, возьми адрес Николая КРАВЦОВА, я его обязательно разыщу. Ведь это мой лучший друг. Да, если он пропал, это большой удар будет для его матери. Передай ей от меня горячий привет, она замечательная мать, каких бывает очень редко…
         На руки денег не получаю ни копейки, иногда беру только на партийные взносы, а больше мне ни на что не нужно. За ноябрь и декабрь денег не переводили, а зачислили на сберкнижку, которая завещана тоже тебе. Если только меня не будет, все мои сбережения получишь как последний подарок…
         Крепко всех вас целую. Федя.

Tags: 1942, письма и дневники
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments